Без лишних слов Майка вымелась в коридор, как только Анна Романовна её отпустила.
"Надо было вовремя уроки учить," - ещё раз назидательно констатировал очевиднейшую вещь внутренний голос.
Надо было... Или хотя бы не списывать. Или хотя бы не списывать на уроке! После того, как на первую парту пересадили. Дир! Охо-хох...

И теперь если опустить оценку по русишу, малоприятные ощущения в заднице и сочинение, то доказывай вот Анне Романовне, что это
точно! было первый и последний раз, что она учится честно и вообще...
- Да-ааа... - хоть и тихо, но в голос, расстроенно протянула она. Правда Анна Романовна это ещё ничего. Она добрая. А вот про русский и директора... Про русский с Николаем Александровичем лучше даже думать не начинать!
Девочка с тоской посмотрела на опустевший коридор и медленно потащилась к кабинету математики.
"Вот теперь и тут ещё заходи и объясняй, почему на урок опоздала, - продолжила размышлять она. Если только Борис Михалыча некоторые "по уши влюбленные" в неё одноклассники типа Соснова, гаденько хихикая, не просветили:
- Белова была сегодня на предыдущем уроке?
- Да! Гы-гы)))

- всплыла рожа Соснова: - Её директор на перемену задержал. Поговорить!

" - даж его противный голос ярко и отчетливо прозвучал в голове.
Майка поджала губы.
"Может и к лучшему, - попыталась она себя утешить и найти плюс. - Самой меньше придется объяснять кто, за что и почему... Что за?..

" - в тишине безлюдного коридора были неплохо слышны два разраженных голоса. А уж чем ближе подходила Майка к классу математики, тем они становились всё отчетливее. Уж вот это вот:
кто-то за углом писал(а):- Я вам одолжения не делаю!!! Я иду на урок!
точно было слышнее некуда!
Причем первый голос можно было легко и по тембру узнать. И уж Майкино чутьё сразу прикинуло и подсказало, кто сейчас этому кому-то за углом будет сломавшийся борзометр чинить. А вот второй она ухитрилась сразу не признать. Потому что напрочь умудрилась забыть со всеми своими личными сегодняшними несчастьями про Елисеева. И даже рюкзак, который Николай Александрович в руке нёс, пока они спускались, ей ничего не напомнил. Ага. Она его даже не заметила!