Опасные игры

[Андрей Иванович Гущин]

"Ну вот, влез на свою голову"
- Я ему помогал, - тихо произнес Пашка

Хм, типичный случай ответа без ответа, мда. Что не мешал я, в общем, и сам, э, догадывался. Впрочем, мальчишка явно не горит желанием рассказать в чем заключалась его помощь. А мне это, по большому счету, не так уж любопытно. Для существа же дела вообще роли не играет.
Рассеянно киваю головой.
- Значит, помогал... Помогать друзьям - это хорошо, конечно. Знаете, я не буду говорить всякие банальности о том, что нехорошо красть и не следует устраивать подобные взрывоопасные опыты. Это все вы и так знаете, только иногда стараетесь об этом не вспоминать. Думаю, полагающееся вам наказание будет какое-то время служить напоминанием.
Я не спешу объявлять свое решение. Не из садизма и желания заставить ребят помучиться. Просто сейчас, в ожидании этого решения, они внимательно меня слушают. А как только я объявлю его - мысли их всецело сосредоточатся на этом и им уже станет не до моих слов. Потому я тороплюсь сказать еще кое-что, важное с моей точки зрения.
- Сказать я вам хочу другое. Это всё, конечно, замечательно - помогать друзьям, не выдавать друг друга и все такое прочее, мда. Вот только самым лучшим проявлением вашей дружбы стало бы, если б вы вовремя сказали своему другу: знаешь, ты делаешь что-то не то, давай не будем. Вот этим вы бы действительно ему помогли. Помогли бы гораздо больше, чем покрывая его сейчас или, прошу прощения, стоя на стрёме, когда он крадет реактивы. Ну или, соответственно, - я перевожу взгляд на Половцева, - Если бы не затевали подобных авантюр и не втягивали в них своих друзей. Так что имейте в виду, каждый из вас сегодня подвел не только себя, но и своих друзей тоже. Я уж не говорю о волнениях и хлопотах, доставленных мне, Татьяне и Всеволоду Никаноровичу, поскольку вас это, видимо, не слишком волнует.

[Виктория]

Слова Гущина большей частью пролетали мимо сознания, потому что оно сейчас было направлено на одно - на предстоящее наказание, а Гущин, как на зло, и не думал говорить как он решил поступить.

Единственное, что Вика уловила, это про то, что они подвели друг друга вовремя не остановившись, хотя, тут же мелькнула мысль, может быть не этим, а тем, что плохо подготовились...

[Пашка]

Пашка хоть и смотрел куда-то в сторону, избегая встретиться взглядом с астрономом, но не пропускал ни одного сказанного им слова.
"Ну не тяни, блин..." - думал он, с нетерпением ерзая на стуле. Надежды на то что Гущин скажет: "Свободны, в следущий раз будете строго наказаны" небыло вовсе, но и наказания бывают разные. А он как специально ничего не говорит. Сказал бы уже, хоть знали бы к чему готовиться.

[Юрка]

- Сказать я вам хочу другое. Это всё, конечно, замечательно - помогать друзьям, не выдавать друг друга и все такое прочее, мда. Вот только самым лучшим проявлением вашей дружбы стало бы, если б вы вовремя сказали своему другу: знаешь, ты делаешь что-то не то, давай не будем. Вот этим вы бы действительно ему помогли. Помогли бы гораздо больше, чем покрывая его сейчас или, прошу прощения, стоя на стрёме, когда он крадет реактивы. Ну или, соответственно, - я перевожу взгляд на Половцева, - Если бы не затевали подобных авантюр и не втягивали в них своих друзей. Так что имейте в виду, каждый из вас сегодня подвел не только себя, но и своих друзей тоже. Я уж не говорю о волнениях и хлопотах, доставленных мне, Татьяне и Всеволоду Никаноровичу, поскольку вас это, видимо, не слишком волнует.

Блииин... Вот тут астроном попал в точку. В прошлый раз из-за моих опытов влетело Юджику и Вике, теперь вот попадет Вике и Пашке. Вике уже не знаю, как вглаза смотреть. Нет, правда, надо завязывать с этим. И все делать самому.
Размышляя об этом, я продолжаю внимательно смотреть на астронома, ожидая приговора. Ох, блин, а ведь здорово, наверное, влетит...

[Андрей Иванович Гущин]

Пока я говорю, обращаясь к ребятам, голова, независимо от этого, работает как, э, своеобразный калькулятор. Плюс-минус, плюс-минус... Увы, сплошные плюсы. Забавы, после которых, если б не хитрость Тани, их могли сейчас вытаскивать из подвала по частям... Плюс две кражи... Плюс сам факт проникновения в подвал... Плюс ложь... Минус - признание. Хиленький такой минусик. Признались они только тогда, когда поняли, что отпираться бессмысленно. Грош цена такой откровенности, но все же... Немножечко минус.
Что еще? Ох, тяжелое это дело... Держались ребята достойно, друг на друга вину не сваливали, мда. Это мне нравится. Только вот к их вине отношения не имеет и основанием для смягчения наказания не является.
Наблюдаю за реакцией на мои слова. Мда... Мысли их явно витают далеко и ни малейших следов раскаяния я не наблюдаю. Увы, еще один плюс.
Много получается, ох, много. И, собственно говоря, это заслуженно и справедливо. Вот только в отношениях с людьми, тем более - с детьми, претит мне сугубо формальный подход и чисто механический подсчет. А чрезмерно суровые экзекуции, на мой взгляд, приносят более вреда, чем пользы. Эффективность же наказания определяется количеством отнюдь не в первую очередь. Ладно, или мы не ученые? Или не умеем получать нужный результат?
Я заканчиваю с плюсами и минусами и начинаю делить. Скажем, на два... Или лучше на полтора? В честь, э, первого дня на новом месте, чем не основание? С трудом сдерживаю неуместную усмешку, сообразив, что ребятам действительно выпала сомнительная честь быть первыми наказанными учениками новой гимназии.
- Ладно, подводим итоги. С учетом всех обстоятельств считаю, что все трое заслужили наказание. За реализацию затеи - все в равной мере, а значит, и получите одинаково, по 30 розог каждый. Персонально Половцев, как инициатор, к тому же, занимающийся опасной пиротехникой не в первый раз, еще 10.

[Юрка]

- Ладно, подводим итоги. С учетом всех обстоятельств считаю, что все трое заслужили наказание. За реализацию затеи - все в равной мере, а значит, и получите одинаково, по 30 розог каждый. Персонально Половцев, как инициатор, к тому же, занимающийся опасной пиротехникой не в первый раз, еще 10.

- Уй, ё... - невольно вырывается у меня. Вообще-то, я догадывался, что мало не будет, но все равно... Сорок розог... Он офигел... Правда, он не такой здоровый, как Лане...

[Виктория]

- Ладно, подводим итоги. С учетом всех обстоятельств считаю, что все трое заслужили наказание. За реализацию затеи - все в равной мере, а значит, и получите одинаково, по 30 розог каждый. Персонально Половцев, как инициатор, к тому же, занимающийся опасной пиротехникой не в первый раз, еще 10.

- ЧТО-О??? - Вика никак не ожидала такой гигантской цифры. По началу она просто не могла поверить в услышанное, и тупо смотрела на учителя ничего не говоря, но потом до неё стал доходить весь ужас оглашенного приговора и она невольно сделала пару шагов назад и прошептала, - Нет, пожалуйста, это слишком много...

[Пашка]

- Ладно, подводим итоги. С учетом всех обстоятельств считаю, что все трое заслужили наказание. За реализацию затеи - все в равной мере, а значит, и получите одинаково, по 30 розог каждый. Персонально Половцев, как инициатор, к тому же, занимающийся опасной пиротехникой не в первый раз, еще 10.

"Вот уж попал, так попал"
Глаза мальчишки широко раскрылись и шея втянулась в плечи. Такаго наказания он никак не мог ожидать.
"Ну, Половцев, твои опыты я буду помнить всю жизнь".
Обидно было до слез, потому что Пашка вдруг осознал, что ему самому этот нитроглицерин нафиг был не нужен, и взрывать он ничего не хотел. И зачем он полез в эту авантюру он объяснить не мог. А теперь хоть бейся головой о стену, но уже ничего не поправишь.

[Андрей Иванович Гущин]

- Уй, ё... - невольно вырывается у меня.

- Нет, пожалуйста, это слишком много...

"Вот уж попал, так попал"
Глаза мальчишки широко раскрылись и шея втянулась в плечи. Такаго наказания он никак не мог ожидать.

Реакция ребят вполне предсказуема- все трое явно в ужасе. Понимаю, что наказание серьезное, вот только сами дети явно не осознают, что в действительности заслужили существенно больше, мда. Думаю, если б я назначил по пять розог, реакция была бы точно такая же. Наказание всегда кажется несправедливо большим, так уж устроен человек. Снижать его, однако, не вижу причин. Не детский сад, в самом-то деле, пора бы уже и понимать, до чего могут довести подобные забавы.
Все же, искренний ужас, написанный на лице девочки не может оставить меня равнодушным. Наказание, безусловно, и не должно быть приятным событием... Однако, по моему глубокому убеждения, человек не должен бояться до такой степени.
- Виктория, разница между мальчиками и девочками мне известна, - получается как-то суховато, но, я действительно сердит на этих безответственных оболтусов, а её, полагаю, сейчас больше интересует содержание моих слов, чем тон, - То, что ваше наказание одинаково по числу ударов, не означает, что оно действительно во всем одинаково. То, что получишь ты и то, что получат они - совсем не одно и то же. Впрочем... - я внимательно гляжу в лицо девочки, - Я могу сбавить... Если ты сейчас скажешь, что произнесла хоть слово, сделала хоть что-то, чтобы удержать остальных от этой, э, затеи.
Я действительно готов это сделать, хотя почему-то уверен, что ничего подобного она не говорила. Если она сейчас скажет... Так я и поступлю и не стану проверять, правда ли это.
- Кстати, Павел, к тебе это, э, тоже относится.

[Виктория]

- Виктория, разница между мальчиками и девочками мне известна, - получается как-то суховато, но, я действительно сердит на этих безответственных оболтусов, а её, полагаю, сейчас больше интересует содержание моих слов, чем тон, - То, что ваше наказание одинаково по числу ударов, не означает, что оно действительно во всем одинаково. То, что получишь ты и то, что получат они - совсем не одно и то же. Впрочем... - я внимательно гляжу в лицо девочки, - Я могу сбавить... Если ты сейчас скажешь, что произнесла хоть слово, сделала хоть что-то, чтобы удержать остальных от этой, э, затеи.

- И что на это можно сказать? - думала Вика, - Конечно она могла бы добиться сбавки, вряд ли Гущин смог бы доказать, что никого она ни в чём не убеждала, да и мальчишки бы её не выдали, но...Нет, не могла она выставлять их виноватыми во всём, хотя ой как хотелось, чтобы ей никто не стал наказывать. Поэтому Вика только помотала головой, не в силах даже посмотреть Гущину в глаза.

[Пашка]

- Кстати, Павел, к тебе это, э, тоже относится.

Пашка был занят своими переживаниями и слушал то что говорил Гущин, что называется в пол уха. Поэтому последнее обращение к себе воспронял несколько иначе.
Гущин говорил, что может сбавить если Вика скажет, что сделала хоть что-то, чтобы удержать остальных от этой затеи, а потом обратился к нему, Пашке.
И Пашка решил, что разговор сейчас о Вике, и Гущин сбавит ей, если он скажет, что она пыталась их остановить. А он скажет, конечно скажет, если бы только к нему прислушались хоть раз. Он столько всего может порассказать...
- Вика пыталась остановить Юрку, - потом немного подправился - в смысле, остановить нас. И в подвал она не хотела идти, и... - Пашка покосился на Вику - "не станет же она сейчас уличать его во лжи? Или... А, была ни была" И вообще она говорила, что это небезопасно. Верно, Юрк? - Пашка самонадеянно кивнул на Половцева - Вот Юрка не даст соврать.

[Юрка]

- Вика пыталась остановить Юрку, - потом немного подправился - в смысле, остановить нас. И в подвал она не хотела идти, и... - Пашка покосился на Вику - "не станет же она сейчас уличать его во лжи? Или... А, была ни была" И вообще она говорила, что это небезопасно. Верно, Юрк? - Пашка самонадеянно кивнул на Половцева - Вот Юрка не даст соврать.

- А? Не, не дам.... Чего?
Я как-то отвлекся от разговора, потрясенный цифрой сорок. О чем там говорили я не слышал, но Пашка просил что-то подтвердить и я подтвердил, конечно.
- Ага, Андрей Иванович, Пашка правильно говорит. Так все и было.
И я уставился на Пашку, пытаясь сообразить, о чем, собственно речь?

[Андрей Иванович Гущин]

Поэтому Вика только помотала головой, не в силах даже посмотреть Гущину в глаза.

Я киваю. Как и ожидалось... Мда.
Перевел взгляд на Любимцева, ожидая его ответа. И дождался.

- Вика пыталась остановить Юрку, - потом немного подправился - в смысле, остановить нас. И в подвал она не хотела идти, и... - Пашка покосился на Вику - "не станет же она сейчас уличать его во лжи? Или... А, была ни была" И вообще она говорила, что это небезопасно. Верно, Юрк?

Не успеваю я оправиться от изумления, как слышу заявление Половцева.

- Ага, Андрей Иванович, Пашка правильно говорит. Так все и было.

Я с трудом сдерживаю явно неуместный в данной ситуации смех. Рыцари, понимаешь... Блаародные доны.
- Вы, молодые люди, хоть бы друг друга слушали иногда, коли уж меня не хотите , - говорю, задавив в себе хохот, - А то ведь по вашему получается, что Виктория мне сейчас солгала? Я, однако, просил каждого ответить за себя, а не за другого, и она уже ответила. И еще: я, кажется, только что говорил, когда именно вам всем следовало проявлять свое благородство и дружбу. Не сейчас, отнюдь не сейчас.
В глубине души я вполне понимаю ребят и сочувствую им. Тем не менее, наказание они заслужили в полной мере и то, что я им назначил - абсолютный минимум. Так что... Стоит, пожалуй, начинать. Раньше начнем - раньше закончим. Ясно, что ничего нового я не узнаю, а демонстрировать свои рыцарские качества мальчишки готовы еще долго. Собственно, и Виктория не намерена им уступать. И все же, ожидание для каждого из них - процесс мучительный.
Словом, пора.
- Ну что ж, все ясно, прошу всех троих проследовать к комнате для наказаний. Начнем мы с Виктории и двинемся далее по возрастающей. Последним идет Юрий.

[Виктория]

- Вы, молодые люди, хоть бы друг друга слушали иногда, коли уж меня не хотите , - говорю, задавив в себе хохот, - А то ведь по вашему получается, что Виктория мне сейчас солгала? Я, однако, просил каждого ответить за себя, а не за другого, и она уже ответила.

Вике вот было совсем не до смеха. Если бы мальчишки сказали всё это ДО того, как она ответила, ещё бы было ничего, но ПОСЛЕ. Хорошо хоть за это им Гущин не добавил...

- Ну что ж, все ясно, прошу всех троих проследовать к комнате для наказаний. Начнем мы с Виктории и двинемся далее по возрастающей. Последним идет Юрий.

Вот и всё. Наказание их ждёт прямо сейчас, да ещё и она певая. Нет, где-то в глубине души она понимала, что первой быть проще, в том плане, что не надо ждать своей очереди, но как же страшно, ноги просто отказываются слушаться и сдвинуться с места просто невозможно. Казалось, что пока она стоит здесь ничего не будет, а как только пойдёт, отступать уже будет некогда.

[Пашка]

Пашка с понурым видом встал со своего места и медленно двинулся к выходу. Было вдвойне горько оттого что вместе с ним будет наказана еще и его сестра. Да еще и как наказана. 30 розог девчонке. Это ж с ума сойти. Выдержит ли она?
Пашка остановился рядом с Викой, желая подбодрить ее, но вместо этого произнес:
- Во влипли, да?