Классный час

[Ксения Гордеева]

- М-да... - осуждающе покачал головой Борис Михайлович, - Я думаю, Ксения, тебе у врача провериться необходимо. Такие неожиданные засыпания не безопасны. Представляешь что может произойти, если ты вдруг уснешь на уроке физкультуры, взобравшись на канат или нырнув под воду в бассейне? Но к этом вопросу мы еще вернемся. А сейчас пойдем. Уверяю тебя, что в ближайшие полчаса тебе будет не до сна.

- И тебе тоже. - тихо пробубнила девчонка, опустив голову.

"Хм... По-моему, проверяться нужно не мне а ему... Кое у кого крыша точно съехала, причем капитально! Такое впечатление, что он уже засыпал на канате и в бассейне под водой, раз предупреждает, что это не безопасно. А может он ёг?! Во всяком случае, внешне очень похож! Нее..., он стукнутый! Когда заснул на канате, башкой вниз летел!"

Ксения тихонько хихикнула в ладошку и пошла на выход...

[Лена Маревич]

- О том, чтобы нас не беспокоить, следовало подумать раньше, - спокойно проговорила Лидия Сергеевна, - а теперь вы будете свободны, когда вас отпустит Борис Михайлович. Пойдёмте вперёд, они с Ксенией нас догонят.

Для начала Ленка свела брови на переносице, затем закатила глаза и только потом ринулась следом за завучем, преодолев расстояние между ними в три прыжка.
Какая она сегодня странная. И говорит непонятно. То намекает, что мечтает от них избавиться, то отпускать не хочет. Мало того - теперь еще и Любимцев пленник. Все это слишком глупо, чтобы относиться к этому серьезно. Диагноз Зайцева известен, но ведь Лидия никогда раньше приступами тупости не страдала. Бред, бред, бред ...

- А мы Вас, Лидия Сергеевна, и не беспокоили. С нами поступили неправильно. Тому, кто это сделал, на наше мнение плевать. К кому мы должны были обращаться, как не к Вам? - Ленка выжидающе уставилась на женщину, всем своим видом давая понять, что мнение ее осталось при ней и позиций своих она сдавать не собирается. Сложив руки на груди, она задала вопрос в лоб: - Куда и зачем мы идем?

[Борис Михайлович Зайцев]

- Прекрасно, - констатировал Борис Михайлович, встретившись за дверью с остальными участниками мероприятия. Неуемная Маревич все еще продолжала что-то возмущаться. Видно придется терпеть ее лепет до самого конца. Ну что ж поделать? Слишком умные дети - это такое же отклонение от нормы, как и слишком глупые. И это необходимо взять в учет.
- Любимцев свободен. Остальных прошу следовать в комнату для наказаний, - объявил Зайцев и первым направился в указанном направлении.

[Лидия Сергеевна]

- А мы Вас, Лидия Сергеевна, и не беспокоили. С нами поступили неправильно. Тому, кто это сделал, на наше мнение плевать. К кому мы должны были обращаться, как не к Вам? - Ленка выжидающе уставилась на женщину, всем своим видом давая понять, что мнение ее осталось при ней и позиций своих она сдавать не собирается. Сложив руки на груди, она задала вопрос в лоб: - Куда и зачем мы идем?

- Любимцев свободен. Остальных прошу следовать в комнату для наказаний, - объявил Зайцев и первым направился в указанном направлении.

- Куда мы идём только что ответил Борис Михайлович, а зачем, я могу тебе сказать, раз ты сама не понимаешь - разбираться с твоим поведением. Пытаясь отстаивать своё мнение не надо забываться и вести себя по-хамски, а на сцене ты занималась именно этим, - посчитав ответ на вопрос исчерпывающим, Лидия Сергеевна развернулась и пошла за математиком. В ненавистную для всех детей комнату она вошла первая, пока Зайцев галантно придерживая дверь, пропустил внутрь всех барышень.

[Лена Маревич]

- Куда мы идём только что ответил Борис Михайлович, а зачем, я могу тебе сказать, раз ты сама не понимаешь - разбираться с твоим поведением. Пытаясь отстаивать своё мнение не надо забываться и вести себя по-хамски, а на сцене ты занималась именно этим.

Слова, нет - предательство, тоскливым эхом отдалось в Ленкином сознании и в груди чувствительно ёкнуло. Доселе непорочная в ее глазах Лидия Сергеевна предпочла стать на сторону взрослого кретина, а не поступить правильно. Так, как просто обязана была подсказать ей совесть. Хотя… это только если она имеется… От столь горького разочарования даже решимости поубавилось. Но твердая убежденность в собственной правоте не дала ей испариться совсем. Показав Пашке поднятый вверх большой палец, Ленка неторопливо двинулась за процессией.
"Это не с моим поведением надо разбираться. Пытаясь наводить порядок на уроке, не надо забываться и вести себя по-хамски, - переделала она на свой лад. - И на сцене меня быть вообще не должно было, поэтому, как я себя там вела, никого не касается.
Теперь только один путь. А что если… - сердце учащенно забилось при мысли о том, что, быть может, вообще никто в этом жестоком мирке ее не поддержит. - Ну и фиг, врага надо знать в лицо. А если уж совсем… Один телефонный звонок все исправит. И прощай, Борька, прощай, чертова гимназия..."

Лидия Сергеевна развернулась и пошла за математиком. В ненавистную для всех детей комнату она вошла первая, пока Зайцев галантно придерживая дверь, пропустил внутрь всех барышень.

Всех барышень - вероятно, Ксюшу и саму Лидию Сергеевну. Ленка тоже вошла в дверь, но в другую. Белая как мел, но полная готовности сражаться до последней капли крови, она приблизилась к столу.
- Надь, директор у себя?

[Лидия Сергеевна]

- А где Маревич? - устало спросила Лидия Сергеевна, которую упрямство этой девчонки начинало напрягать. - Решила забежать написать письмо президенту? Или в организацию по защите прав детей? - на самом деле было не смешно, а всё очень печально. Но вот бегать за девчонкой она не собиралась.

[Борис Михайлович Зайцев]

- А где Маревич?

Борис Михайлович растерянно оглянулся.
- Сбежала!
Достав из кармана мобильник, Зайцев набрал приемную директора.
- Надя? Надюша, объяви пожалуйста по громкой связи, чтобы Маревич Лена немедленно вернулась к комнате для наказаний. Мы ее здесь с Лидией Сергеевной ждем.

[Надька Трезубова]

- Надь, директор у себя?

Надька оторвала от монитора глаза и повернулась к девчонке. В эту же секунду зазвонил телефон.

- Гимназия 26, добрый день, - автоматически произнесла она, а про себя подумала, что если что-то надо однoму, то сразу надо и другим.

- Надя? Надюша, объяви пожалуйста по громкой связи, чтобы Маревич Лена немедленно вернулась к комнате для наказаний. Мы ее здесь с Лидией Сергеевной ждем.

- Да тут она! - секретарша многозначительно посмотрела на Лену. - Тебя Борис Михайлович зовет.

[Лена Маревич]

- Да тут она! - секретарша много значительно посмотрела на Лену. - Тебя Борис Михайлович зовет.

- Да пусть хоть МЧС зовет, - равнодушно ответила Ленка и повторила: - Николай Александрович здесь?

[Надька Трезубова]

- Да пусть хоть МЧС зовет, - равнодушно ответила Ленка и повторила: - Николай Александрович здесь?

- Здесь. Борис Михайлович, она хочет видеть директора, - Надька поняла, что между ним и Маревич что-то произошло. Но говорить с Зайцевым и одновременно отвечать Ленке, а также сообщать начальнику, что к нему пожаловали, не разорвавшись на три части, она не могла. Потому, не задумываясь, отдала предпочтение учителю. В конце концов, он старше.

[Лена Маревич]

- Здесь. Борис Михайлович, она хочет видеть директора.

Даже учитывая тот факт, что Ленка относилась к Надьке куда терпимее большинства гимназистов, ее треволнения сейчас девочку беспокоили меньше всего. Своих хватало.
- Надь, мне очень срочно.

[Борис Михайлович Зайцев]

- Здесь. Борис Михайлович, она хочет видеть директора

Эта новость ничуть не удивила Бориса Михайловича, наоборот он разозлился на себя, что сразу не догадался, куда эта несносная девчонка могла убежать.
- Наденька, передай ей пожалуйста трубку. Я хочу ей пару слов сказать.

[Надька Трезубова]

- Наденька, передай ей пожалуйста трубку. Я хочу ей пару слов сказать.

- Да, сейчас. Держи, - без объяснений всучив Ленке трубку, Надька вышла из-за стола и постучалась к директору. - Николай Александрович, можно?

[Николай Александрович]

- В «Цезаре». Стол заказан на семь вечера...

- Николай Александрович, можно?

- Oдну секунду, - нажав на hold, я рукой подозвал Надежду к себе. - Да, Надя. Вы уже всё сделали?

[Лена Маревич]

- Да, сейчас. Держи, - без объяснений всучив Ленке трубку, Надька вышла из-за стола и постучалась к директору. - Николай Александрович, можно?

Девчонка тупо уставилась на втюханную ей телефонную трубку. "Сейчас ему говорить вдруг захотелось, надо же. Или как говорят в "Законе и порядке": "Все дальнейшие разговоры через моего адвоката!" - трубка приземлилась на стол, так и не добравшись до уха - Надька хочет, может с ним вести беседы, а Ленка пристроилась за ее спиной в дверях директорского кабинета.